ЛИБЕРАЛЬНАЯ РЕЛИГИЯ МОДЕРНА

В мире нет более тоталитарной религии, чем либерализм

Либерализм – это вовсе не учение об экономических свободах и сопряженных с ними политических правах. Либерализм - это всеохватное и тотальное учение, заходящее в атаку на человеческий ум с разных направлений и атакующий личность под разными углами с целью полностью изменить ее сущность. Если попытаться пойти в глубину смыслов по либеральной тропе познания, то непременно приходишь к сатанизму как единственному истоку всех либеральных учений.

Начавшись в эпоху Возрождения (возрождалась дохристианская ценностная система, называемая язычеством), либерализм пошел дальше язычества. Язычество – глубоко сакральная мировоззренческая концепция, и прежде всего целостная, понимающая мир и человека в нем как очень сложную единую систему, где взаимодействуют трансцендентные и имманентные начала. В либерализме же центральным принципом стала тотальная десакрализация целостного мира и всего бытия человека с последующим разделением их на части.

Либерализм, ставя целью прийти через стадию атеизма к навязыванию альтернативной религии, должен был сначала разрушить традиционное духовное наследие человечества, которому многие тысячи лет. И так как откусывать пирог лучше с краев, то мир христианства был атакован с периферии, где имелись все основания для трансформации традиционных религиозных установок в нечто, получившее впоследствии название «Модерн» и обретшее позитивную коннотацию в массовом профанном сознании.

Такой периферией стал мир католицизма, который, деградируя, явился причиной возникновения протестантизма. А сам протестантизм уже намного легче поддавался либеральной трансформации, превратившись в религию капитализма, чьи идеологические апостолы создали учение в интересах властвующей в тот момент и до настоящего времени буржуазной и прежде всего финансовой элиты. В этом учении было все от символа веры, но уже не было Бога.

Сакральная тайна усилиями многих католических теологов превратилась в интеллектуальную головоломку. Возникло спекулятивное учение об откровении и вере, не имеющее соприкосновения с самим откровением и с самой верой. Профанация великой мистерии богопознания привела к увлечению теорией, где сакральное трактовалось как рациональное знание. Искус слога, сладострастия созвучий стал символом учености и сделал ораторское мастерство показателем владения сакральной тайной богопознания.

Так возникла схоластика, со временем сделавшая лицом западной церкви университетского профессора, а не монаха-подвижника и аскета. Первый факультет теологии возник в Парижском университете в XIII веке, и это не случайно.

Как не случайно в православии по традиции Византии употребляют термин «богословие» (исповедание Бога, а точнее рассказ о Боге), а в католико-протестантском мире по традиции Рима говорят «теология» (учение о Боге). Уже здесь зашита разница в бережном отношении к свободе личности в православии и в тоталитарном навязывании мнения авторитета в католичестве и в последующем протестантизме. Ведь рассказ не требует подчинения слушающего воле рассказчика, а учение именно этого требует.

Это не терминологическая разница, а глубочайшая пропасть двух человеческих природ, хотя секулярная философия эти два термина подает как синонимы.

Протестантизм долгое время был фаворитом различных масонских и оккультных структур, точно понявших возможности именно через протестантизм полностью извести христианство в мире. То есть искоренить главный якорь Традиции в европейском социуме. Ибо протестантизм стал главной базой превращения религии в гуманизм на атеистической основе, но и это был лишь этап большого пути. Пройдя через атеизм как необходимый этап отрицания традиционного понятия религии, в мир вводились оккультизм и магия как завуалированная форма религии сатанизма.

Либерализм как манифестация освобождения человека от Бога и протестантизм как необходимая станция на этом пути, представляли собой два течения, долженствующие сойтись в одной точке, знаменующей собой выполнение поставленной задачи – через манифестацию либерализма полностью освободить человечество «от химеры совести», как говорил Гитлер.

И это очень важно констатировать, так как гитлеризм был продуктом либерализма, и лишь попытка «эксцесса исполнителя» (на каком-то этапе исполнитель пожелал выйти из-под контроля) рассорила Гитлера с либералами. Но после Гитлера весь опыт его системы был спешно усвоен США и Британией и практикуется ими по настоящее время с небольшими корректировками. Да и основа немецкого нацизма евгеника – это учение англо-саксонских радикальных либералов. Так что конфликт Гитлера с либералами – это внутривидовая конкуренция, а не столкновение двух радикально различных систем.

Оформление либеральных догматов в терминах протестантизма привело в ХХ веке к появлению так называемой радикальной или новой теологии. Ее основатель – лютеранский пастор Л. Банхофер. Он в 1957 году выдвинул тезис о том, что традиционное для христианства положение о несовместимости и противоположности земного греховного и святого сверхъестественного ошибочен.

Л. Банхофер воспользовался колоссальным уровнем богословского профанства у европейской паствы, у которой мозги давно были промыты гуманистическими догмами. Банхофер взялся утверждать, что так как Христос воплотился в человека, то подлинный смысл христианства – это соединение двух миров, а не их разделение. И это значит, что смысл религии не в том, чтобы с надеждой обращаться к потустороннему миру, а повернуть человека к этому миру, в котором он живет.

Гуманистический пафос подобной вивисекции мозга уже безбожного общества понятен: грехи объявляются несовершенствами, а человек, повернутый лицом к этому миру, оказывается спиной к Богу, но соблазн гуманизма объявляет это не грехом, а подвигом. О том догмате христианства, что Христос, воплотившись, принял все человеческое естество, кроме греховной поврежденности, от паствы Банхофер скрыл. На таких манипуляциях с подлогом либерализм строит свое тотальное проникновение в человеческую душу, освобожденную от прежних трактовок святого и грешного.

Дальше – больше. Банхофер объявляет о том, что борьба за «человеческую автономию» (от кого?) находится в самом расцвете. Обратите внимание на то, каким языком лютеранский пастор говорит о Боге:

«Человек сам научился справляться со всеми важными вопросами, не прибегая к помощи «рабочей гипотезы», именуемой «Богом».

Бог был выдан на заклание, поэтому Он слабый и беспомощный в мире, и это как раз единственный путь, благодаря которому Он с нами и помогает нам… благодаря своей слабости и страданиям».

Это полностью антихристианское толкование христианской догматики, построенное на лжи, и даже ересьюэто назвать невозможно. Но это говорит лютеранский пастор в мире, где правят либералы. Позже это скромно назовут «обмирщение». И лишь единицы понимают, что это, по сути, проповедь сатанизма.

Однако английский епископ Дж. Робинсон еще более прям и откровенен. Он пишет в 1964 году работу «Честность перед Богом» (подкупающее название, не правда ли?). Здесь со всей честностью радикальный теолог утверждает, что «теологии необходима коперникианская революция». Что он имеет под этим в виду? Робинсон уверен, что христианскую идею Бога как высшего существа необходимо устранить из христианства.

По Робинсону, Бог не трансцендентен миру и не имманентен ему, Он не в нем и не вне его. Бога нужно понимать как тайну, а теологию – как «положение о человеческом существовании» и «о глубинах человеческого опыта в свете любви». Такое вот битловское «All You Need Is Love», причем, любовь здесь понимается как снисходительность, терпимость, доброта или любовное томление и страсть в виде эмоциональных экстатических всплесков, а вовсе не христианское жертвенное самоотречение от себя ради ближнего. Как так вышло, что британские Битлз и британский пастор одновременно несли людям одно и то же? Случайное совпадение?

И как только эмансипированные толпы уверовали, что любовь (в смысле секс и вообще любая похоть) – это главное, что им нужно в жизни, и еще им нужна снисходительность ко всему этому, то миссия радикальной теологии в служении либеральному антибогу оказалась выполненной. В США даже возникло учение о мертвом Боге. Т. Алитцер и В. Гамильтон в 1966 году прямо написали:

«Мы должны признать, что смерть Бога есть исторический факт. Бог умер в наше время, в нашей истории, в нашем существовании». Умерший Бог однажды воскреснет, а пока надо служить ближнему и любить его. Апофеоз гуманизма как религии человекобожия вместо христианства как религии богочеловечества. Честно говоря, дальше с крестом на шее идти уже некуда. Дальше уже идет открытая проповедь сатанизма.

Мы видим по нынешним шествиям католических пасторов среди раскрашенных рядов сторонников ЛГБТ и гей-парадов, по открытым признаниям протестантских пасторов в атеизме, что либеральная доктрина стала тоталитарной идеологией, отказ от следования которой порождает репрессии. Либерализм шел, охватывая человека через секулярное общество и через церковь, которую разлагали так же интенсивно, как и внецерковное общество.

Теперь эта волна докатилась и до России, где либерализм добился полной и сокрушительной победы над всеми своими оппонентами. Через экуменизм либерализм обосновался в православии, откуда церковные либералы все больше сливаются с либералами в политической элите. В обществе либерализм стал коллективным бессознательным, где уже ненавидящие либерализм индивиды и социальные группы борются с либерализмом при помощи либеральных парадигмальных установок и форм мышления.

Либерализм – это язык современности, а другого языка у нее нет, и потому либерализм непобедим, пока на его языке говорят и думают все, кто его любит, и кто его ненавидит. Тоталитарность либерализма намного превосходит тоталитарность коммунизма и национал-социализма. Либерализм буквально сочится из всех щелей бытия, и все, что мы видим вокруг нас – это манифестация либерализма.

Можно много раз объявлять либерализм мертвым, но это скорее описывающая кризис либерализма аллегория, чем реальность. Даже эта установка каждый раз изрекается из позиции либеральной парадигмы – она исходит из либеральной ценностной матрицы о соотношении прав большинства и меньшинства.

То есть консерватизм – это антилиберальный либерализм, так же, как социализм. Ни консерватизм, ни социализм не смогли навязать миру свой язык и потому проиграли. Парадокс – они проиграли именно потому, что были более либеральными, чем либерализм, они не были тоталитарными в такой степени, как либерализм.

Обвиняющий оппонентов в тоталитаризме либерализм – это самая великая ложь нашего времени. Нет ничего более тоталитарного, чем либерализм, и пока человечество не изживет из себя либеральный язык, через который оно видит и трактует себя и этот мир, никакое освобождение от либерализма невозможно. Нельзя бороться с сатаной, будучи немножко сатанистом.

Победивший либерализм – это царство сатаны, и именно ренессанс сатанизма под ширмой всяческих социальных учений за освобождение человека мы наблюдаем сейчас перед собой. Кризис традиционных религий сопровождается необычайным всплеском оккультизма и магии. Борьба с религией Бога на самом деле означает борьбу за религию сатаны. А вот какими путями люди придут к этому общему знаменателю, уже не имеет никакого значения.

В этом состоит единственная и главная цель либерализма, и никаких иных задач у него нет. Ибо царство свободы без царства ответственности (суть либерализма) - это прямая дорога в царство сатаны, и свернуть с этой дороги означает спастись перед лицом неминуемой гибели. Либерализм и жизнь несовместимы, как несовместимы злодейство и гений. 

20 июля 2019
Источник
Халдей Александр

Россия сектантская

Российские секты постсоветского периода никогда не отличались подвижничеством и бескорыстием, а теперь многие из них стремятся сменить свою маргинальность в духовной сфере на более или менее прочное положение во власти в российских регионах. В кризисных условиях это представляет особую опасность, о чем свидетельствует печальный опыт украинского Майдана.

Совершим небольшой экскурс в историю. В былые века секты держались на идее и стремлении каждого адепта, от рядового прихожанина до главы общины, к истине. Отсюда и претерпевание гонений, и, как в случае со старообрядцами различных толков, уход в глухие сибирские леса и акты самосожжения.

В дореволюционной России возвращением из сект занимались штатные епархиальные миссионеры, которые «особо радели об отпавших в расколы и ереси». Ни о каком другом системном противодействии сектам речи, естественно, не шло. При этом сектанты совершенно осознанно дистанцировались от власти, на нее вовсе не претендуя. Пример принадлежавшего к секте хлыстов Григория Распутина — исключение.В СССР после бурных двадцатых, после заигрываний с обновленцами, все, что имело отношение к какой бы то ни было религии, подпадало под табу. Понятно, что были и период сталинского «конкордата», и последнее десятилетие правления Брежнева, когда религиозные гонения, мягко говоря, были не самым приоритетным направлением советской политики. Но в целом в советский период и традиционные конфессии, и секты пребывали в полуподпольном положении.

А вот в 1990-е годы сформировались качественно новые секты, наблюдаемые в тех или иных вариациях на постсоветском пространстве и поныне. Этот вид культов больше похож на корпорации, которые методом агрессивного маркетинга продают людям даже не столько идею, сколько простую, механическую методику достижения счастья: просветления, постижения истины, попадания в Царство Небесное. Понятно, что, как любые корпорации, эти секты действовали и продолжают действовать экспансивно, расширяя «сеть филиалов». И активно вмешиваются в политику с целью лоббирования своих интересов или интересов иных государств.

Если в девяностые на слуху были такие «ТНК от сектантства», как «Свидетели Иеговы», мормоны или сайентологи, предлагавшие импортный духовный продукт, то в последние годы все чаще приходится говорить о российских передовиках религиозного производства.

География и масштабы «розничных сетей» таких структур могут быть самыми разными. Объединяет их при всей пестроте некий «политический привкус». Где-то на уровне доктрины, а где-то и непосредственно на уровне практики взаимодействия с системой власти.

Секта «космических коммунистов» возникла в Волгограде. Доктринально это оккультисты с очень большой любовью к Марксу, Энгельсу и Ленину. Ну и понятно, что прочие коммунистические партии объявлены «неправильными». В конце нулевых в рядах Партии коммунистов «Единение Всеволод» насчитывалось несколько десятков человек. Однако сами «космонавты», как их называют, утверждают, что только в Волгограде у них около шести тысяч приверженцев и сеть филиалов в городах «красного пояса» стабильно растет. Доктрина у «космических коммунистов» очень забористая: тут вам и обожествление Ленина, и переродившиеся аватары Маркса, Энгельса, Крупской и Христа с Иоанном Крестителем.История знает примеры того, как секта с самым безумным учением при удачном стечении обстоятельств «выстреливает». Так, например, произошло с подольским язычником-культурологом Виталием Сундаковым, у которого долгое время была небольшая община. А потом — по некоторым сведениям, не без помощи подольских муниципальных властей — на нескольких гектарах земли он открыл ««Славянский Кремль»», где проводятся и «исконные славянские праздники», и тренинги личностного роста для всех желающих, и еще масса всего столь же интересного. Кстати, проходят все эти массовые мероприятия по разряду «традиционной русской культуры».

Еще пример — «Церковь матушки Фотиньи светоносной» из-под Нижнего Новгорода. Тут также все держится на одном человеке — лидере секты Светлане Фроловой. А она личность многосторонняя. Начинала карьеру мошенницей, продолжила целительницей и вот организовала свою «церковь». Доктрина Фроловой утверждает, что второе пришествие уже состоялось, а Путин провозглашен «реинкарнацией Апостола Павла». В секте есть ближайший круг последователей, но главный источник дохода — проезжие туристы, которым в «церкви» могут продать, например, «заряженный портрет Путина», ну или личную фотографию «зарядить». Эксплуатация политической символики в сектах — вещь для России обыкновенная.

Следующий шаг на пути политической эволюции — системные попытки проникновения в органы власти. Самые последовательные, но не самые успешные в этом плане — адепты культа Анастасии или «Звенящих кедров России» Владимира Пузакова (Мегрэ). Про этот культ, чьи приверженцы верят в некую сверхженщину из глухой сибирской тайги, слышали многие. Основные структурные подразделения, такие как Фонд поддержки культуры и творчества «Анастасия», находятся во Владимирской области. А так называемые «родовые поместья» имеются практически по всей стране. Это земля, которую дает во временное пользование господин Мегрэ своим последователям, чтобы они вели гармоничный образ жизни. Дает, естественно, не бесплатно. Уже несколько лет кедрозвоны-анастасиевцы пытаются создать и зарегистрировать свою «зеленую партию» и войти в большую политику со стороны экологических движений. Пока, однако, дело не ладится. Периодически сообщается об избранных в муниципальные депутаты представителях этого ньюэйджерского движения.

Однако есть и структуры, у которых партийное строительство на базе тоталитарного культа проходит куда успешнее. Это, например, «Академия развития Светланы Пеуновой» и партия «Народная Воля». Пеунова возглавляет и партию, и «академию». Причем если в рамках «Академии развития» публично ведутся разговоры о рептилоидах с планеты Нибиру и прочих диковинных предметах, официальная доктрина партии «Народная воля» вполне приемлема для потенциального избирателя. Официально и публично «Народная воля» — это социал-демократы оппозиционного толка. Практически весь руководящий состав партии — выходцы из «Академии развития», и несложно догадаться, о чем толкуют в кулуарах партийные функционеры.Интересна система размещения отделений партии и работа с массами. Основные региональные партийные ячейки «Народной воли» базируются не в областных центрах, а в городах поменьше, где и доступ к информации похуже, и инфраструктура не так развита, и народ проще и доверчивее. Например, именно от Пеуновой исходила региональная паника по поводу «банкоматов Сбербанка, которые не отдают, а списывают деньги со счетов граждан». Понятно, что в Пскове или Новгороде к такого рода информации отношение скептическое. Но в Боровичах или поселке Дно Новгородской области, где на весь населенный пункт пара то и дело ломающихся банкоматов, могут поверить и в худшее.

Так религиозная структура сектантского толка системно начинает играть в политику с целью как привлечения адептов в свои ряды, так и проникновения во власть на волне общественной паники.

Разумеется, если покопаться в доктринах всех этих «кедрозвонов», первое, что приходит в голову, это вопрос: как люди вообще могут верить в такую чепуху? Однако при любом системном кризисе в государстве вдруг выясняется, что есть много людей, которые очень даже верят и к тому же активно действуют по указке своих лидеров. Это ясно продемонстрировал, например, опыт Украины и Майдана, когда в рядах протестующих оказался весь спектр местных сектантов. И язычники, и оккультисты, и ньюэйджеры, и даже неопротестанты, типа «Посольства Божьего». Они просто ждали момента, чтобы продавить свои основные интересы. А интересов этих всего два — деньги и власть.

Александр Чаусов
Iriney.ru

Нетрадиционные религии - Лев Николаевич Митрохин

(«религии Нового века», религиозные «культы», «новые религии», «тоталитарные секты» и т.п.) — общее и во многом условное обозначение религиозных новообразований, которые противопоставляют себя официальным и господствующим религиям. Современные Н.р. отражают характерный для 20 в. кризис устоев европейской цивилизации: крах либерально-прогрессистских концепций, рост антисциентистских и мистических доктрин. Говоря конкретнее, они свидетельствуют о неспособности сложившегося «религиозного истеблишмента» удовлетворять духовные потребности верующих (в первую очередь молодежи) в «обезбоженном мире» (М. Хайдеггер), когда в сознании многих привычный и милосердный «Бог умер».

В прошлом диссидентские образования (ереси и секты) возникали внутри господствующих церквей вследствие несогласия с ортодоксальным толкованием одних и тех же священных книг. Что же касается современных Н.р., то они, как правило, отвергают традиционные религии в целом, противопоставляя им сочинения и проповеди собственных основателей. В зависимости от специфики культурных традиций и социально-политической обстановки религиозные новообразования принимают различные, нередко полярные формы. Тем самым понятие Н.р. приобретает крайне расплывчатый смысл: в него обычно включают последователей Ананды Марг и сатанистов, практикующих бесчеловечные ритуалы, респектабельный бехаизм и безобидных поклонников летающих тарелок, а также многочисленные версии нсоориентализма, неоязычество, теософию, антропософию, космизм, т.н. врачевательные культы, и т.д.

Хеллоуин – праздник нечистой силы

Чужебесие – 4

Для начала – две цитаты с сайтов, пропагандирующих этот праздник:

«Хеллоуин очень древний праздник, он ведет свою историю с дохристианских верований кельтов, живших на территории современной Ирландии. Но в отличие от многочисленных языческих празднеств и ритуалов Хеллоуин не сброшен на культурную обочину современной цивилизации. Напротив, по некоторым оценкам, размах его празднований, например, в США сравним с мега популярным Рождеством...

Ночь на 1 ноября, когда по преданиям открывалась граница между мірами живых и мертвых именовалась Самхэйн или Самайн, считалась главным праздником древних народов. Язычники кельты придавали ему большое значение и, дабы не стать добычей тени мертвых наряжались в звериные головы и шкуры, гасили очаги в своих домах и всем своим устрашающим видом отпугивали привидений. Угощения духам выставлялись на улице, а сами жители собирались у костров, которые разводили кельтские жрецы друиды... В эту ночь в жертву приносили животных...

Обращенные в христианскую веру, жители островов Ирландии и Британии, вынуждены были отказаться от многих языческих обычаев. Однако воспоминания о Самайне продолжали жить и передаваться от поколения к поколению. А когда в IX веке Папа Григорий III перенес с 13 мая на 1 ноября празднование Дня всех святых, Самхэйн начали праздновать вновь. [«Последний крупный праздник римско-католического литургического года – День Всех святых и День поминовения усопших, следующие один за другим 1 и 2 ноября. Праздник Всех святых был введен в нач. VII папой Бонифацием IV, а позднее, в начале XI века был установлен День поминовения усопших, со временем они слились в один праздник – "Святые и усопшие"».] Предшествующая празднику ночь, в средневековом английском языке, именовалась All Hallows Even (Вечер всех святых), в сокращении – Hallowe'en, и совсем кратко Halloween... а саму ночь празднования облюбовали ведьмы, устраивающие шабаш и пугающие мирных жителей. В праздничную ночь появляется возможность у взрослых вместе с детьми поиграть в злых духов и ведьм, тем самым возвращая себя в далекое детство». (Сайт праздника Хеллоуин.)

О веселом празднике тыквы HALLOWEEN

Открытка,
посвященная
Хэллоуину 1912 г.

Наступило время, когда общество, в котором мы живем, с восторгом готовится к «празднику» Halloween. Однако далеко не всем известно, что он из себя представляет, каково его происхождение и сущность и почему он противоречит учению Церкви.

Праздник Halloween появился среди кельтских племен Англии, Ирландии и северной Франции (Галлии) в дохристианскую эпоху. Являясь язычниками, кельты верили в зарождение жизни из смерти. Начало «нового» года, новой жизни вообще, они отмечали глубокой осенью, в ночь с 31-го октября на 1-ое ноября, когда начиналась пора холода, тьмы и смерти. В эту ночь они прославляли языческого бога Самхаина, почитаемого ими как Повелителя Смерти. В канун «новогоднего торжества» друиды (кельтские жрецы) тушили домашние очаги, огни, костры, светильники. Вечером следующего дня они зажигали огромный костер, на котором совершались жертвоприношения князю тьмы и смерти. Друиды верили, что если Самхаин останется довольным жертвенными воздаяниями своих верных, он разрешит душам умерших посетить в этот день свои дома. Отсюда и берет начало укоренившийся в языческом мире обычай бродить в ночь на Halloween разряженными в костюмы приведений, ведьм и всяких других духов, символизирующих общение с загробным миром и нечистой силой.

Важной частью языческого культа является также и «забава» Trick-or-Treat, представляющая собой ритуализированный акт приношения темным силам, состоящим на службе у Самхаина. Считалось, что души умерших, воцарившиеся в мире тьмы, холода и смерти, в день своего посещения мира живых испытывают неутолимый голод. Поэтому кельские язычники готовили угощения блуждающим во мраке ночи духам, ибо верили, что если они не будут умилостивлены приношениями, то гнев и проклятия Самхаина обрушатся на людей.

Вот каков истинный смысл этого языческого праздника. Совершенно очевидно, что православному христианину невозможно принимать участие в подобных «торжествах,» ибо это есть прямое выражениe идолопоклонничества, измена Господу Богу нашему и нашей Св. Церкви. Принимая участите в ритуале подражания мёртвым, скитаясь во мраке ночи и выпрашивая или раздавая угощения, мы проявляем желание войти в общение с мёртвыми, чей повелитель уже не Самхаин, но сам Сатана, Лукавый, восставший против Господа Бога. Раздавая угощения, мы не просто дарим конфетки невинным детям, но преподносим дар в память и честь Самхаина, а значит, и Сатаны.

Есть и другие обычаи, относящиеся к Наlloween, от которых нам следует отойти. Например, всевозможные гадания, пророчества, колдовство и ворожба или обычай выставлять тыкву с вырезанной на ней страшной рожицей и зажженной внутри свечой, называемый «Jack O'Lantern» (Джек Лампадный). В тыквы (а в древние времена использовались и другие овощи) приносили «новый» огонь от священного костра, а рожица на тыкве служила образом мёртвых. Такой «священный светильник», горевший всю ночь, является бесовским извращением святой лампады, зажжённой перед образом Спасителя и Его угодников. Даже украшение дома подобной тыквой с «весёлой» рожицей уже является участием в языческом празднике смерти.

Чей "праздник" 1 мая?

Чужебесие – 3

В северном полушарии по окончании зимы городскому люду всегда хотелось погулять на природе, подышать зеленеющей весенней свежестью. Говорят, что еще три тысячи лет назад жители Древнего Рима поклонялись богине Майе — покровительнице земли и плодородия. В честь нее последний месяц весны назвали маем, а в его первый день устраивались гулянья и пиршества.
В Риме и почти во всей Италии жители рано утром выходили из города в поле или лес большими толпами; музыка и пляски сопровождали их шествие и увеличивали общую радость. Наломав зеленых ветвей, они возвращались с шумной веселостью в город, украшали ими ворота и дома и устраивали пиры с плясками, которые переходили во всеобщие разнузданные оргии. Даже распутный император Тиверий пытался запретить эти празднества, но запреты не действовали: празднование "майских забав" сделалось народной традицией.
С распространением христианства в Европе этот праздник как бы раздвоился. Не в силах его отменить, Церковь попыталась его облагородить и свести к простым гуляниям и праздничному весеннему отдыху на природе. Но демоническая история Первомая была лишь загнана в подполье и приняла там откровенно бесовской характер. Оккультисты и колдуньи считали эту ночь особенно благоприятной для своих ритуальных церемоний и жертвоприношений, в том числе человеческих.