Из книги Вторая Мировая – Великая Отечественная, Том III, стр. 334–338.
Н.П. Ставров.
(«Август – Принт», Москва, 2006. – 607 с.)
В 1911 году во втором выпуске своих Дневников, в статье «Нечто о тайне беззакония», архиепископ Вологодский Никон (Рождественский) поместил весьма интересные сведения, касающиеся происхождения баптизма. Архиепископ Никон сообщает об одном из важнейших документов средневекового масонства – «Кёльнской хартии»:
«Эта грамота была найдена в архиве главной масонской ложи в Гааге с постановлениями Конвента Вольных Каменщиков, бывшего в Кёльне 24 июня 1535 года. Насколько этот документ важен для самих масонов, видно уже из того, что в 1835 году ими была выбита особая медаль в память 300-летия этой хартии... Но что поразительно, что особенно должно бы обратить на себя внимание верующих – это три из девятнадцати подписей лиц, вполне исторически известных. Вот эти лица: Гарманнус, архиепископ Кёльнский, приложивший все свои усилия, чтобы перевести паству из католичества в лютеранство; адмирал де-Колиньи, бывший главой гугенотов во Франции, и, наконец, знаменитый Филипп Меланхтон, друг Лютера, его сподвижник и самый близкий ему человек. Итак, трое известнейших деятелей Реформации являются отрицателями Христа, врагами Христианства, врагами не только католичества, но и самого лютеранства, с его бесчисленными разветвлениями... Реформация была делом рук масонов. После этого как-то странно звучит название: «Евангелическая Церковь», которое так любят присвоять себе последователи виттенбергского монаха...»1.
В 1521 году Лютер откровенно заявил: «Мы с Филиппом Меланхтоном2 заключили могущественный союз с целью выкорчевать и уничтожить монашеские и священнические обеты». Женившись на монашке, отнюдь не блиставшей благопристойным поведением3 и сквернословившей, как солдат, Лютер писал, перемежая изложение своей веры духовными советами, Иерониму Веллеру (единомышленнику и другу), страдавшему, как и «виттенбергский монах», навязчивыми приступами страха, отчаяния и тоски:
